В Послании народу Глава государства поручил Минис­терству сельского хозяйства разработать план поддержки агробизнеса в сфере животноводства и запустить действенные механизмы его финансирования. Цель – не только обеспечить мясом внут­ренний рынок, но и укрепить экспортный потенциал отрас­ли. О том, какова нынешняя ситуация в этой сфере, в интервью «Казахстанской правде» рассказал исполнительный директор Республиканской палаты казахской белоголовой породы Бахтияр Утельбаев.

– Бахтияр Бахытжанович, прежде всего хотелось бы узнать, какова в нашей стране численность поголовья знаменитой породы ақбас.

– В целом можно говорить об увеличении поголовья скота – как породы qazaq aqbas, так и других. Если вести речь о состоя­нии исключительно казахской белоголовой, то на сегодняшний день у нас насчитывается свыше 600 тысяч голов этих животных. Из них 487 тысяч – племенные.

В состав нашей палаты входят более 1 060 хозяйств-членов, чья продукция занимает 72 процента мясного рынка Казахстана. Филиалы республиканской палаты представлены во всех областях республики.

В прошлом году было продано 68 тысяч голов животных. Но результаты могли бы быть в два-три раза выше. Согласен с мнением экспертов, что животноводство с учетом возможностей страны может иметь для нас то же значение, что и нефть. Причем данный ресурс возобновляемый.

– Каких решений и мер, способных поддержать отрасль, ждут от государства казахстанские животноводы?

– Начну с того, что еще в мае 2023 года ассоциации животноводов давали прогноз о повышении цены мяса на 30 процентов. Спустя два года мы пришли к этому. Предот­вратить скачок цен было возможно, но нас, к сожалению, тогда никто не услышал. Надо понимать: чтобы вырастить из теленка бычка для продажи, необходимо три года, а у нас правила субсидирования меняются по два-три раза в год!

Люди, работающие в нашей отрасли, заинтересованы в понятных и простых решениях. К примеру, в стабильных «правилах игры», условиях субсидирования, неизменных в течение хотя бы пяти лет, запуске проектов по освоению новых рынков сбыта. У нас же зачастую принимаются решения на очень короткую перспективу, и это ставит под удар многих фермеров.

К примеру, с нынешнего года государство меняет условия льготного субсидирования. А что делать, если фермер уже закредитован? Животноводы пережили времена, когда рыночная цена на мясо была ниже его себестоимости. Сегодня они получают справедливую цену за свою продукцию, их труд становится рентабельным. Но существует проблема оттока людей из сел в города. В результате инфраструктура столицы не выдерживает неконтролируемого притока населения. Об этом, кстати, тоже сказал в своем Послании Президент страны.

Если улучшить финансирование животноводства, эта мера принесет быстрый мультипликативный эффект, в том числе и в плане миграции. Выращивать скот в Казахстане должно быть выгодно. Между тем по-прежнему очень много времени – по два-три месяца – уходит на сбор необходимых бумаг для подачи заявки на получение кредита. Да еще с неясной перспективой: ведь могут и не одобрить заявку.

Еще одной проблемой является нехватка или отсутствие на селе залогового имущества. Мало кто из сельчан в состоя­нии предоставить нужный залог. Пока еще нет действующих программ, во всяком случае в мясном животноводстве, которые помогли бы решить данную проблему.

– Казахская белоголовая порода ақбас является для нашей страны основной. Что, по Вашему мнению, нужно сделать, чтобы наи­более полно раскрыть ее потенциал?

– Скажу больше: эта порода справедливо признана нацио­нальным достоянием. Мы сумели проделать большую селекционно-племенную работу и можем конкурировать с самыми известными мировыми брендами, удостаиваться призовых мест в различных конкурсах.

Но, к сожалению, порода, которая не идет на экспорт, так и останется основной только в своей стране. У нас же с 2019 года действует запрет на вывоз живого КРС за пределы государства. В 2024 году мы добились разрешения на продажу по квоте 80 тысяч голов бычков, но в марте 2025-го вновь получили запрет.

Признаюсь, моя мечта – увидеть в меню ресторана зарубежной страны стейк qazaq aqbas, но пока это нереально. Мы выходили с предложением в Минсельхоз по квотированному экспорту маточного поголовья казахской белоголовой хотя бы в соседние страны, но нас не поддержали.

Надо понимать, что никто за нас не сделает нашу отечественную продукцию мировым брендом. Нужно представлять нашу породу в других странах, доказывать, что она не хуже, а по ряду характеристик даже лучше самых разрекламированных пород. Ведь казахская белоголовая в состоянии выдержать климат в температурном разбросе от +40 до -40.

В Послании народу Глава государства поручил Минис­терству сельского хозяйства разработать план поддержки агробизнеса в сфере животноводства и запустить действенные механизмы его финансирования. Цель – не только обеспечить мясом внут­ренний рынок, но и укрепить экспортный потенциал отрас­ли. О том, какова нынешняя ситуация в этой сфере, в интервью «Казахстанской правде» рассказал исполнительный директор Республиканской палаты казахской белоголовой породы Бахтияр Утельбаев.

– Бахтияр Бахытжанович, прежде всего хотелось бы узнать, какова в нашей стране численность поголовья знаменитой породы ақбас.

– В целом можно говорить об увеличении поголовья скота – как породы qazaq aqbas, так и других. Если вести речь о состоя­нии исключительно казахской белоголовой, то на сегодняшний день у нас насчитывается свыше 600 тысяч голов этих животных. Из них 487 тысяч – племенные.

В состав нашей палаты входят более 1 060 хозяйств-членов, чья продукция занимает 72 процента мясного рынка Казахстана. Филиалы республиканской палаты представлены во всех областях республики.

В прошлом году было продано 68 тысяч голов животных. Но результаты могли бы быть в два-три раза выше. Согласен с мнением экспертов, что животноводство с учетом возможностей страны может иметь для нас то же значение, что и нефть. Причем данный ресурс возобновляемый.

– Каких решений и мер, способных поддержать отрасль, ждут от государства казахстанские животноводы?

– Начну с того, что еще в мае 2023 года ассоциации животноводов давали прогноз о повышении цены мяса на 30 процентов. Спустя два года мы пришли к этому. Предот­вратить скачок цен было возможно, но нас, к сожалению, тогда никто не услышал. Надо понимать: чтобы вырастить из теленка бычка для продажи, необходимо три года, а у нас правила субсидирования меняются по два-три раза в год!

Люди, работающие в нашей отрасли, заинтересованы в понятных и простых решениях. К примеру, в стабильных «правилах игры», условиях субсидирования, неизменных в течение хотя бы пяти лет, запуске проектов по освоению новых рынков сбыта. У нас же зачастую принимаются решения на очень короткую перспективу, и это ставит под удар многих фермеров.

К примеру, с нынешнего года государство меняет условия льготного субсидирования. А что делать, если фермер уже закредитован? Животноводы пережили времена, когда рыночная цена на мясо была ниже его себестоимости. Сегодня они получают справедливую цену за свою продукцию, их труд становится рентабельным. Но существует проблема оттока людей из сел в города. В результате инфраструктура столицы не выдерживает неконтролируемого притока населения. Об этом, кстати, тоже сказал в своем Послании Президент страны.

Если улучшить финансирование животноводства, эта мера принесет быстрый мультипликативный эффект, в том числе и в плане миграции. Выращивать скот в Казахстане должно быть выгодно. Между тем по-прежнему очень много времени – по два-три месяца – уходит на сбор необходимых бумаг для подачи заявки на получение кредита. Да еще с неясной перспективой: ведь могут и не одобрить заявку.

Еще одной проблемой является нехватка или отсутствие на селе залогового имущества. Мало кто из сельчан в состоя­нии предоставить нужный залог. Пока еще нет действующих программ, во всяком случае в мясном животноводстве, которые помогли бы решить данную проблему.

– Казахская белоголовая порода ақбас является для нашей страны основной. Что, по Вашему мнению, нужно сделать, чтобы наи­более полно раскрыть ее потенциал?

– Скажу больше: эта порода справедливо признана нацио­нальным достоянием. Мы сумели проделать большую селекционно-племенную работу и можем конкурировать с самыми известными мировыми брендами, удостаиваться призовых мест в различных конкурсах.

Но, к сожалению, порода, которая не идет на экспорт, так и останется основной только в своей стране. У нас же с 2019 года действует запрет на вывоз живого КРС за пределы государства. В 2024 году мы добились разрешения на продажу по квоте 80 тысяч голов бычков, но в марте 2025-го вновь получили запрет.

Признаюсь, моя мечта – увидеть в меню ресторана зарубежной страны стейк qazaq aqbas, но пока это нереально. Мы выходили с предложением в Минсельхоз по квотированному экспорту маточного поголовья казахской белоголовой хотя бы в соседние страны, но нас не поддержали.

Надо понимать, что никто за нас не сделает нашу отечественную продукцию мировым брендом. Нужно представлять нашу породу в других странах, доказывать, что она не хуже, а по ряду характеристик даже лучше самых разрекламированных пород. Ведь казахская белоголовая в состоянии выдержать климат в температурном разбросе от +40 до -40.

В Послании народу Глава государства поручил Минис­терству сельского хозяйства разработать план поддержки агробизнеса в сфере животноводства и запустить действенные механизмы его финансирования. Цель – не только обеспечить мясом внут­ренний рынок, но и укрепить экспортный потенциал отрас­ли. О том, какова нынешняя ситуация в этой сфере, в интервью «Казахстанской правде» рассказал исполнительный директор Республиканской палаты казахской белоголовой породы Бахтияр Утельбаев.

– Бахтияр Бахытжанович, прежде всего хотелось бы узнать, какова в нашей стране численность поголовья знаменитой породы ақбас.

– В целом можно говорить об увеличении поголовья скота – как породы qazaq aqbas, так и других. Если вести речь о состоя­нии исключительно казахской белоголовой, то на сегодняшний день у нас насчитывается свыше 600 тысяч голов этих животных. Из них 487 тысяч – племенные.

В состав нашей палаты входят более 1 060 хозяйств-членов, чья продукция занимает 72 процента мясного рынка Казахстана. Филиалы республиканской палаты представлены во всех областях республики.

В прошлом году было продано 68 тысяч голов животных. Но результаты могли бы быть в два-три раза выше. Согласен с мнением экспертов, что животноводство с учетом возможностей страны может иметь для нас то же значение, что и нефть. Причем данный ресурс возобновляемый.

– Каких решений и мер, способных поддержать отрасль, ждут от государства казахстанские животноводы?

– Начну с того, что еще в мае 2023 года ассоциации животноводов давали прогноз о повышении цены мяса на 30 процентов. Спустя два года мы пришли к этому. Предот­вратить скачок цен было возможно, но нас, к сожалению, тогда никто не услышал. Надо понимать: чтобы вырастить из теленка бычка для продажи, необходимо три года, а у нас правила субсидирования меняются по два-три раза в год!

Люди, работающие в нашей отрасли, заинтересованы в понятных и простых решениях. К примеру, в стабильных «правилах игры», условиях субсидирования, неизменных в течение хотя бы пяти лет, запуске проектов по освоению новых рынков сбыта. У нас же зачастую принимаются решения на очень короткую перспективу, и это ставит под удар многих фермеров.

К примеру, с нынешнего года государство меняет условия льготного субсидирования. А что делать, если фермер уже закредитован? Животноводы пережили времена, когда рыночная цена на мясо была ниже его себестоимости. Сегодня они получают справедливую цену за свою продукцию, их труд становится рентабельным. Но существует проблема оттока людей из сел в города. В результате инфраструктура столицы не выдерживает неконтролируемого притока населения. Об этом, кстати, тоже сказал в своем Послании Президент страны.

Если улучшить финансирование животноводства, эта мера принесет быстрый мультипликативный эффект, в том числе и в плане миграции. Выращивать скот в Казахстане должно быть выгодно. Между тем по-прежнему очень много времени – по два-три месяца – уходит на сбор необходимых бумаг для подачи заявки на получение кредита. Да еще с неясной перспективой: ведь могут и не одобрить заявку.

Еще одной проблемой является нехватка или отсутствие на селе залогового имущества. Мало кто из сельчан в состоя­нии предоставить нужный залог. Пока еще нет действующих программ, во всяком случае в мясном животноводстве, которые помогли бы решить данную проблему.

– Казахская белоголовая порода ақбас является для нашей страны основной. Что, по Вашему мнению, нужно сделать, чтобы наи­более полно раскрыть ее потенциал?

– Скажу больше: эта порода справедливо признана нацио­нальным достоянием. Мы сумели проделать большую селекционно-племенную работу и можем конкурировать с самыми известными мировыми брендами, удостаиваться призовых мест в различных конкурсах.

Но, к сожалению, порода, которая не идет на экспорт, так и останется основной только в своей стране. У нас же с 2019 года действует запрет на вывоз живого КРС за пределы государства. В 2024 году мы добились разрешения на продажу по квоте 80 тысяч голов бычков, но в марте 2025-го вновь получили запрет.

Признаюсь, моя мечта – увидеть в меню ресторана зарубежной страны стейк qazaq aqbas, но пока это нереально. Мы выходили с предложением в Минсельхоз по квотированному экспорту маточного поголовья казахской белоголовой хотя бы в соседние страны, но нас не поддержали.

Надо понимать, что никто за нас не сделает нашу отечественную продукцию мировым брендом. Нужно представлять нашу породу в других странах, доказывать, что она не хуже, а по ряду характеристик даже лучше самых разрекламированных пород. Ведь казахская белоголовая в состоянии выдержать климат в температурном разбросе от +40 до -40.