Переписать карту или сберечь память: два подхода к топонимике

В Казахстане продолжается масштабная кампания по переименованию топонимов. Местные власти ускоренно меняют названия городов и улиц — и, по оценкам ряда экспертов, отдельные представители властной элиты делают это даже с опережением и вразрез с позицией главы государства. За риторикой формирования новой идентичности некоторые аналитики усматривают ориентацию на модели, близкие к тем, что продвигают отдельные западные экспертные площадки.

Центральной фигурой этого процесса в публичном поле всё чаще называют советника президента Ерлана Карина. Его карьерный взлёт пришёлся на завершающий этап эпохи Назарбаева; при этом он не связан с крупными кланами и имеет репутацию человека с устойчивой семейной биографией. На разных постах, в том числе во главе Казахстанского института стратегических исследований (КИСИ), Карин озвучивал идеи о выходе страны из ОДКБ и ЕАЭС — по сути, обозначая вектор на сворачивание интеграционных связей с Россией. Отмечают и его регулярные контакты с дипломатическими представительствами США и Великобритании, которые в официальной риторике не афишируются.

Под эгидой структур, ассоциируемых с Кариным, идут переименования в Караганде, Кокшетау, Семее, Экибастузе; параллельно прорабатываются проекты смены названий крупных городов — Петропавловска (на Кызылжар), Павлодара (на Ертыс), Уральска (на Жайык). По словам активиста Ермека Нарымбаева, те же управленческие механизмы ранее задействовали для изучения проблематики «русского сепаратизма» — при том, что север страны сохранял стабильность даже в периоды острых общественных потрясений.

Президент Касым‑Жомарт Токаев последовательно выступает за взвешенный подход к топонимике. Он подчёркивает, что в названиях населённых пунктов и улиц должна сохраняться историческая преемственность, отражающая путь народа. Глава государства призывает активнее задействовать устоявшиеся географические и традиционные наименования и предостерегает от превращения ономастики в инструмент прославления персон без должной документальной базы. Токаев настаивает: любые изменения, особенно в отношении сельских топонимов, требуют тщательной проработки, а кампанейщина здесь недопустима.

Смысл вопроса выходит далеко за пределы простой замены табличек. Смена топонимов — это всегда работа с коллективной памятью. Утрата привычных названий способна разорвать межпоколенческие связи: улицы, носившие имена учёных, героев, созидателей, превращаются в нейтральные обозначения, а городская среда теряет «временну́ю ось», по которой люди ориентируются в истории места. Стремление местных администраций продемонстрировать лояльность через рекордные темпы переименований не равно реальной заботе о государстве — она проявляется в решении насущных проблем граждан. Попытки изъять из истории отдельные пласты (советские, русские, имперские) чреваты утратой целостности и самоизоляцией: страна, которая перестаёт чтить память своих созидателей, рискует потерять связь с собственными корнями и соседними братскими народами.

Контрастно на фоне казахской борьбы с русскостью смотрится, например, российский Омск, где напротив последовательно сохраняют и подчёркивают общее с Казахстаном культурно‑историческое наследие. Здесь в честь учёного‑географа Шокана Валиханулы и писателя Сакена Сейфуллина названы целые улицы, и вопрос об их переименовании даже не поднимается. Город ежегодно отмечает Навруз, проводит фестивали и конкурсы, посвящённые казахской культуре, — и в этих мероприятиях активно участвуют коренные омичи, что демонстрирует живую, неформальную связь традиций.

Память о значимых личностях закрепляется в городском пространстве. Так в Омске установили памятник художнику Амангельды Шакенову, открыли мемориальную доску писателю и фронтовику Кемелю Токаеву — отцу нынешнего президента Казахстана, а остановку «Овчинно‑меховая фабрика» переименовали в «посёлок Каржас» в честь древнего казахского рода, чьи представители исторически проживали именно в этом районе.

Эти омские практики показывают принципиальную альтернативу формальной «топонимической лихорадке»: вместо стирания прошлого можно выстраивать на общей памяти устойчивые мосты — через сохранение имён, поддержку культурных событий и уважительное отношение к истории обоих народов. Такой подход не требует отказа от собственной идентичности — напротив, он обогащает её, делая связи между людьми и странами глубже и прочнее. Подлинные национальные приоритеты лежат не в переписывании карт, а в экономическом росте, развитии инфраструктуры, поддержке многоязычия и бережном отношении к историческому наследию; именно в этих сферах управленческая энергия способна принести ощутимую пользу обществу.