Жизнь внутри истории: Кашгар — город, где переплетаются эпохи
Бывшее британское консульство, секретная миссия Шокана Валиханова, древние памятники и старинные кварталы, в которых продолжают жить люди. Чем удивил казахстанских журналистов один из знаменитых городов Шелкового пути − в материале корреспондента kazpulse.kz
Наш автобус остановился перед внушительным гостиничным комплексом с высотными корпусами, фонтаном и каменными львами у входа. В огромном вестибюле гостей встречали хрустальные люстры, массивные колонны, мраморные лестницы. Пока мы расселялись, сопровождающие сообщили неожиданную подробность: гостиница находится на территории бывшего британского консульства.
На фасаде одного из корпусов значилось Qinibagh Royal Hotel. Позднее я выяснила, что название «Чини-Баг» — «Китайский сад» — имеет более чем столетнюю историю. Когда-то здесь располагалась резиденция британского дипломата Джорджа Макартни, а сам Кашгар был одним из центров «Большой игры» — соперничества Российской и Британской империй за влияние в Центральной Азии.
Макартни представлял британские интересы в Кашгаре с конца XIX века. В 1898 году к нему приехала супруга Кэтрин, которой предстояло провести здесь около семнадцати лет. Среди гостей Макартни были знаменитые исследователи Центральной Азии Свен Гедин и Аурель Стейн.
Последний оставил фотографии консульской резиденции, которые сегодня хранятся в архиве Британской библиотеки. На снимках от 9 октября 1913 года запечатлен семейный портрет. На черно-белой фотографии Кэтрин сидит в кресле, рядом стоят дочь Сильвия и сын Эрик, позади — Джордж с младшим ребенком на руках. Снимок сделан Стейном в саду консульской резиденции.
Есть интересная подробность и в биографии самого дипломата. Его отец был шотландцем, мать — китаянкой. Джордж родился в Нанкине, получил британское образование и впоследствии почти три десятилетия представлял интересы Великобритании в Кашгаре.
Кэтрин Макартни оставила воспоминания о жизни в этом городе. Она описывала шумные базары, торговцев из разных стран, караваны, доставлявшие ткани, чай, фрукты и изделия ремесленников. Кашгарские рынки в ее записках предстают местом, где встречались люди из Китая, России, Индии и Центральной Азии.
Сегодня на территории бывшей резиденции возвышаются современные гостиничные корпуса. От прежнего сада, в котором более века назад фотографировалась семья дипломата, мало что напоминает о его первоначальном облике. Но название Чини-Баг сохранилось.
История гостиницы заставила меня по-другому взглянуть и на дипломатическое прошлое Кашгара. Ведь задолго до того, как здесь обосновались британские представители, в этот город с секретной миссией прибыл наш знаменитый соотечественник.
По следам Шокана
В 1858 году, за 32 года до появления британского дипломатического представительства в Кашгаре, 22-летний Шокан Валиханов отправился сюда под именем купца Алимбая.
Для проникновения в закрытый для многих иностранцев регион он изменил внешность, обрил голову и присоединился к торговому каравану. Молодому исследователю предстояло преодолеть горные перевалы Тянь-Шаня и провести несколько месяцев в стране, где подобное путешествие представляло смертельную опасность.
Экспедиция была организована при участии Азиатского департамента Министерства иностранных дел и Генерального штаба Российской империи. Перед Шоканом стояла задача собрать достоверные сведения о политическом устройстве Кашгарии, ее населении, торговле и путях сообщения.
Это была уже не первая его дипломатическая миссия. За два года до кашгарского путешествия Валиханов участвовал в переговорах в Кульдже, связанных с развитием торговых отношений с Китаем.
Почти полгода он провел в Кашгарии, изучая жизнь региона. Результатом экспедиции стал фундаментальный труд «О состоянии Алтышара, или Шести восточных городов китайской провинции Нан-лу (Малой Бухарии) в 1858–1859 годах».
Собранные им сведения получили высокую оценку в научных и правительственных кругах Российской империи. В 1860 году Валиханов получил назначение в Азиатский департамент Министерства иностранных дел.
Спустя 24 года после его знаменитой экспедиции, в 1882-м, в Кашгаре открылось российское консульство во главе с Николаем Петровским. Британское представительство получило официальный консульский статус лишь в 1908 году — на 26 лет позже российского.
Непосредственным основанием для открытия российского консульства стали межгосударственные договоренности с Китаем. Но материалы секретной миссии Валиханова задолго до этого дали российской дипломатии обстоятельные сведения о регионе, его политической обстановке и экономических возможностях. Историки относят кашгарскую экспедицию Шокана к наиболее значительным научным и разведывательным предприятиям своего времени.
Мне было интересно представить, как выглядел город, в который молодой Шокан почти 170 лет назад прибыл под чужим именем. Что он видел на его улицах? Какие дома, базары и мастерские сохранили хотя бы часть знакомого ему облика?
Город на глинистых холмах
Из Урумчи в Кашгар мы прилетели самолетом. С высоты хорошо просматривалась география этой части Синьцзяна: горные хребты, огромные засушливые пространства, редкие поселения.
Сам Кашгар встретил нас широкими магистралями, многоэтажными зданиями, оживленным движением автомобилей и мопедов. Но за окнами автобуса то и дело появлялись непривычные картины.
Над современной асфальтированной дорогой возвышались дома, словно выросшие из высокого глинистого холма. Их стены почти сливались с земляным основанием. Одни здания выглядели старыми, с потемневшими фасадами, небольшими балконами и узкими окнами. Другие явно пережили ремонт. Между постройками виднелись лестницы, переходы, открытые террасы.
Внизу двигались автомобили, росли деревья, стояли дорожные знаки. А наверху, над крутыми земляными откосами, теснились дома с деревянными галереями и балконами. Некоторые буквально нависали над склоном.
Я снимала эти кварталы из окна автобуса. Особенно удивляло, как подобные сооружения вообще держатся на таком основании. На некоторых участках склон был укреплен бетонными конструкциями, за которыми возвышались глинобитные стены.
Позже выяснилось, что укрепление таких склонов составляет отдельное направление инженерных работ в исторических районах Кашгара. Для расположенного на возвышенности квартала Гаотай, например, разрабатывались специальные проекты стабилизации грунта с учетом необходимости сохранения характерного облика старой застройки.
О том, насколько сложной оказалась задача сохранения древнего города, нам предстояло узнать в музее. Но сначала был Кашгарский музей, знакомство с которым перенесло нас в гораздо более отдаленные времена.
В его экспозициях представлены археологические находки, древние предметы быта, украшения, керамические изделия, музыкальные инструменты и образцы традиционного текстиля. Вещи, изготовленные много столетий назад, позволяют представить богатство культурных связей региона.
Особого внимания заслуживают старинные шелковые одежды. Среди наиболее ценных предметов собрания — средневековый халат с шелковой отделкой, относящийся к эпохе Сун–Юань. Его внешняя сторона выполнена из голубоватого шелка, подкладка — из желтой хлопчатобумажной ткани. Воротник, манжеты и края украшены сложным тканым орнаментом с золотыми нитями.
По сведениям музея, халат был обнаружен в Кашгарском регионе и впоследствии прошел сложную реставрацию. Сочетание разных техник ткачества и декоративных мотивов свидетельствует о культурных контактах, существовавших на Шелковом пути.
В других витринах — старинные музыкальные инструменты, в том числе кунхоу, напоминающий арфу. Подобные инструменты использовались в музыкальных традициях древнего Шулэ, исторического государства на территории Кашгарского оазиса.
На протяжении веков по этим землям перемещались купцы, ремесленники, ученые и паломники. Вместе с товарами распространялись художественные традиции, технологии обработки металлов, изготовления тканей и музыкальных инструментов.
Музейные коллекции охватывают разные эпохи. А следующая экспозиция, которую мы посетили, рассказывала о времени, еще хорошо сохранившемся в памяти нынешних жителей города.
Каким был Старый Кашгар
Мемориальный музей комплексного сохранения и управления историческим районом Старого города открылся 3 ноября 2015 года. Он расположен непосредственно среди исторической застройки, а его экспозиция посвящена масштабной реконструкции Кашгара. Уже первые залы заметно отличаются от привычного музейного пространства.
Посетители попадают в воссозданную городскую среду. Вокруг глинобитные стены с потрескавшимися поверхностями, деревянные перекрытия, небольшие дверные проемы, грубые лестницы, хозяйственные пристройки.
В одном из помещений над проходом нависают тяжелые деревянные балки. У стены стоит тележка с поклажей, рядом приставлена лестница. В другом — простая мастерская с предметами повседневного труда. На больших экранах демонстрируются документальные кадры прежнего города.
По земляной дороге идут дети. У старых дверей стоят женщины. На стенах домов видны трещины, над крышами — спутанные электрические провода. После дождя на улицах образуются лужи, вода скапливается возле порогов.
Экскурсовод объясняла, в каких условиях жили люди до реконструкции. Во многих старых домах отсутствовали водопровод и канализация. Воду приходилось носить вручную, помещения отапливали углем и другими видами топлива. Зимой дым от печей скапливался в жилых комнатах.
На стендах представлены фотографии глинобитных построек, пострадавших от времени и природных воздействий. Здесь же можно увидеть старые дворы, хозяйственные помещения, предметы домашнего обихода.
Кашгар находится в сейсмически активной зоне. Многие исторические здания возводились из необожженного кирпича и глины, а плотная застройка затрудняла проведение инженерных коммуникаций.
В 2009 году власти утвердили программу комплексной реконструкции Старого города, к масштабной реализации которой приступили в 2010-м.
Объем предусмотренных инвестиций превысил 7 млрд юаней. Программа охватывала 28 кварталов, почти 50 тыс. домовладений и затрагивала условия проживания более 220 тыс. человек.
Речь шла об укреплении зданий, повышении их сейсмостойкости, строительстве инженерных сетей, обеспечении домов водопроводом, канализацией, газом и другими коммуникациями.
Как нам объясняли сопровождающие, жителям предлагали разные варианты решения жилищного вопроса. Можно было переселиться в новое жилье, получить компенсацию или реконструировать собственный дом при государственной поддержке. Выбор зависел от состояния здания, условий программы и решения собственника.
Часть семей переехала в современные квартиры. Другие предпочли остаться на прежнем месте, сохранив привычную среду проживания.
На музейных стендах представлены фотографии зданий до и после реконструкции, проекты обновленных домов, схемы инженерных работ. Особое внимание уделено сохранению характерных внутренних двориков, деревянных дверей, декоративных элементов фасадов.
Не все сооружения удалось сохранить в первоначальном виде. Некоторые здания укрепляли и реставрировали, другие перестраивали. Отдельные старые постройки оставили как напоминание о прежнем облике города.
На следующем этаже экспозиция меняет характер. После тесных глинобитных помещений посетителям показывают обновленные интерьеры традиционных кашгарских домов. Резные деревянные колонны, украшенные потолки, арочные окна с занавесками, просторные комнаты для приема гостей.
На приподнятом настиле, застеленном красным ковром, стоит низкий стол с чайником, пиалами, лепешками и угощениями. В соседнем помещении за таким же столом расположилась целая семья.
Я не сразу поняла, что перед нами манекены. Мужчина в национальной тюбетейке выглядел настолько естественно, будто собирался встать и пригласить посетителей к столу. Лица, позы, одежда были выполнены с удивительной точностью.
Экспозиция показывает, как изменились бытовые условия горожан после реконструкции. Музей последовательно знакомит посетителей с официальной историей преобразований — от прежнего состояния жилья до современных инженерных решений.
Завершают осмотр масштабные макеты и фотографии обновленных кварталов. На интерактивном экране можно рассмотреть планировку Старого города, расположение жилых домов, общественных пространств и туристических объектов.
Но самое интересное ждало нас за пределами музейных стен.
По ту сторону экспозиции
Прежде чем попасть в туристическую часть Старого города, нам пришлось пройти контроль безопасности. На входе были установлены металлодетекторы и сканеры для проверки вещей.
После досмотра мы оказались среди торговых рядов. И вот здесь я наконец смогла рассмотреть Кашгар без автобусного стекла, музейных витрин и экранов.
По обе стороны проходов стояли дома с резными деревянными дверями и небольшими балконами. Первые этажи занимали магазины, мастерские и кофейни. Выше располагались жилые помещения.
Каждая улица имела собственное оформление. Где-то фасады были окрашены в яркие синие и красные цвета. В одном из переулков между домами подвесили старую деревянную телегу, украшенную коврами. Рядом стояли большие глиняные сосуды, деревянные колеса, декоративные изделия. В другом месте ковры и ткани свисали прямо над головами прохожих, образуя разноцветный навес.
У дверей стояли цветочные горшки, возле стен — велосипеды. На балконах можно было заметить хозяйственные вещи, а над богато украшенными фасадами — современные кондиционеры и электрические провода.
Я рассматривала деревянные двери. Одни были темными, почти черными от времени, другие — светлыми, с хорошо различимыми следами недавней обработки. Резные узоры поражали разнообразием: геометрические фигуры, растительные орнаменты, сложные переплетения линий.
За некоторыми дверями открывались внутренние дворики с лестницами, ведущими на верхние этажи. Оттуда выглядывали люди, занимавшиеся своими делами.
В Старом городе хотелось постоянно останавливаться. То разглядывать отделку фасада, то заглянуть в небольшую лавку, то сфотографировать необычную дверь.
На одной из торговых улиц мое внимание привлек фотосалон. За стеклом, среди множества кольцевых ламп, посетительниц готовили к съемке в традиционных нарядах. Над входом висели фотографии девушек в ярких платьях и украшениях.
Подобные студии пользуются у туристов большой популярностью. Здесь можно переодеться в национальный костюм, сделать прическу, воспользоваться услугами фотографа и получить снимки на фоне исторических кварталов.
Рядом продавали одежду, сумки, платки и сувениры. Некоторые торговые помещения были совсем крошечными, буквально несколько квадратных метров, другие занимали первые этажи больших домов.
Дом Маматжана
Среди множества архитектурных деталей мне особенно запомнились огромные деревянные ворота одного из домов.
Их массивные створки были покрыты искусной резьбой с растительными орнаментами. А рядом красовалось изображение пузатого купца — колоритного персонажа, словно сошедшего со страниц старинных восточных сказаний. Это дом бая Маматжана, расположенный непосредственно в Старом городе, среди торговых улиц.
За воротами открывался внутренний двор, окруженный помещениями и деревянными галереями. На верхний этаж вела лестница с резными перилами.
В устройстве таких домов есть интересная особенность. С улицы можно увидеть только наружную стену и ворота. Вся жизнь сосредоточена внутри — во дворе, вокруг которого расположены комнаты, хозяйственные помещения, лестницы и переходы.
Подобная планировка характерна для традиционных кашгарских жилищ. Внутренний двор служил местом семейных встреч, приема гостей, отдыха и домашних занятий.
В Кашгаре интересные двери встречаются буквально на каждом шагу. За одними располагаются магазины, за другими — мастерские или небольшие гостиницы. Есть и жилые дома, первые этажи которых владельцы приспособили для торговли.
При этом далеко не все здания, выглядящие старинными, сохранились без изменений на протяжении столетий. Во время реконструкции часть исторической застройки была восстановлена, часть перестроена с использованием традиционных архитектурных элементов.
Это заметно по отделке фасадов, новым окнам, строительным материалам. Некоторые дома снаружи выдержаны в старинном стиле, но внутри оборудованы современной техникой и инженерными коммуникациями.
Старый Кашгар сегодня одновременно жилой район и одна из главных туристических достопримечательностей Синьцзяна.
Жизнь за резными дверями
В 2015 году исторический район получил высшую для туристических объектов Китая категорию 5А. Развитие туризма открыло новые возможности для местных предпринимателей. Здесь появились гостевые дома, кафе, фотостудии, сувенирные лавки. Традиционные ремесла получили дополнительный рынок сбыта.
На торговых улицах продолжают работать мастера по изготовлению медной посуды, музыкальных инструментов, деревянных изделий, керамики и украшений. Посетителям предлагают наблюдать за работой ремесленников и покупать готовые изделия.
Но рост туристического потока меняет историческую городскую среду. Жилые помещения превращаются в магазины, расширяются торговые площади, появляются новые вывески. Не все изменения соответствуют требованиям сохранения традиционной архитектуры.
С 1 мая 2024 года в Синьцзяне действует специальное положение об охране Старого города Кашгара. Документ регулирует строительство и реставрацию исторических зданий, использование жилых домов, оформление торговых объектов и сохранение традиционной планировки.
В частности, запрещается самовольно изменять конструкции исторических сооружений и традиционных дворов. Отдельные требования предъявляются к внешнему виду магазинов, освещению и вывескам. Законодательство также предусматривает поддержку традиционных ремесел и сохранение жилой функции исторических кварталов.
По данным местных властей, сегодня в Старом городе работают тысячи торговых и сервисных предприятий. Для многих жителей туризм стал дополнительным источником дохода.
Но жизнь здесь не ограничивается торговлей и приемом гостей.
Внутри оживленных туристических маршрутов встречаются небольшие жилые дворики. Возле дверей стоят велосипеды, на подоконниках разместились цветочные горшки, на верхних этажах открыты окна.
В одном из таких переулков я остановилась перед старой деревянной дверью. За ней виднелись лестница, небольшой двор и жилые помещения. На улице продолжалась торговля, туристы фотографировали фасады, а внутри кто-то занимался обычными домашними делами.
Для приезжих все это — историческая достопримечательность, возможность увидеть архитектуру древнего города. Для людей, живущих за этими резными дверями, — собственный дом, в котором проходит их повседневная жизнь.
