Аутизм – не приговор, а особенность развития

Мы все чаще стали говорить о расстройствах аутистического спектра. Родители делятся опытом, ищут ответы на сложные вопросы. О диагностике, мифах и поддержке семей, нуждаю­щихся в помощи, рассказывает главный внештатный детский психиатр, заведующая отделением Республиканского­ научно-практического центра психического здоровья Министерства­ здравоохранения РК Марина ВИХНОВСКАЯ.

– Марина Владимировна, сегодня родители стали внимательнее относиться к развитию детей. Но час­то задержка речи или отсутствие реакции на имя вызывают тревогу. Всегда ли это аутизм?

– Очень хорошо, что мамы и папы проявляют чуткость и внимательность к своим детям. Действительно, такие проявления, как поздняя речь или когда ребенок не сразу откликается на имя, могут насторожить. Но важно помнить: один отдельный признак – это еще не аутизм.

Похожие черты могут встречаться при самых разных особенностях, например, при обычной задержке психоречевого развития. Чтобы понять истинную картину, врач-психиатр проводит бережную дифференциальную диагностику.

Для постановки диагноза РАС оценивается не отдельный симптом, а комплекс ключевых признаков. К ним относится нарушение коммуникации – это ведущий фактор. При этом у детей с РАС есть потребность в контакте, просто они выражают ее иначе. Также это особенности социального взаимодействия – сложности с интеграцией в новую среду или группу сверстников. И, наконец, стереотипность поведения – стремление к предсказуемости и однообразию, например, в любимых маршрутах, еде, играх. Только когда все эти аспекты проявляются в комплексе, мы можем говорить о расстройстве аутистического спектра.

– Правда ли, что опытный врач может поставить диагноз буквально за один прием?

– Это один из самых распространенных мифов. Диагностика требует наблюдения и оценки ребенка в разных ситуациях.

Моментально сказать, есть аутизм или его нет, невозможно. Диагностика может быть командной. В обследовании участвуют педиатр, психиатр, психолог, логопед, дефектолог, невропатолог, кардиолог и другие специалисты. Дополнительно используются специальные диагностические инструменты, в том числе ADOS (структурированное наблюдение за ребенком) и ADI-R (интервью с родителями).

При этом такие методики помогают специалистам собрать и систематизировать информацию, но не заменяют клиническую оценку врача.

– Насколько взаимосвязаны аутизм и интеллектуальные возможности ребенка?

– Это совершенно разные вещи! У многих детей с РАС интеллект полностью сохранен, а иногда бывает даже выше среднего. Да, им может потребоваться дополнительная помощь в бытовой адаптации или общении, но они способны демонстрировать удивительные успехи в учебе и творчестве.

Даже если РАС сочетается с особеннос­тями интеллектуального развития, это лишь ориентир для нас, специалистов, какую именно коррекционную программу подобрать. Диагноз сам по себе не определяет границы возможностей детей. При правильной поддержке каждый ребенок делает огромный шаг вперед.

– Какие методы коррекции сегодня признаны наиболее эффективными?

– Стремление родителей помочь своему ребенку максимально быстро – абсолютно естественно и вызывает огромное уважение. Однако здесь важно опираться на принципы доказательной медицины.

На сегодняшний день универсальной «таблетки» или специальной «диеты от аутизма» не существует. В мировом научном сообществе нет доказательств эффективности специфических диет или транскраниальной магнитной стимуляции (ТМС) именно для лечения РАС. Более того, неосмотрительное применение таких процедур без учета сопутствующих состояний (например, эпилептиформной активности или синдрома гиперактивности) может создать лишнюю нагрузку на организм.

Зато отличные результаты показывает комплексная педагогическая и психологическая коррекция. А такие мягкие активности, как иппотерапия, плавание или общение с животными, если они нравятся ребенку и комфортны для него, отлично укрепляют эмоциональное состояние и приносят много радости.

– Как устроена помощь детям в Рес­публиканском научно-практичес­ком центре психического здоровья?

– Наш центр является главным профильным учреждением страны, где созданы все условия для квалифицированной помощи. Все услуги – от первичной диагностики до стационарного наблюдения и коррекции – полностью бесплатны для граждан Казахстана. Диагностическое обследование обычно занимает 10–14 дней. Этого времени достаточно, чтобы ребенок раскрылся, а врачи увидели его в разных состояниях.

Мы помогаем детям мягко адаптироваться в новой среде, проявляя максимум внимания к его потребностям. Все обследование проходит исключительно с официального согласия родителей, которые остаются главными партнерами врачей на каждом этапе.

Что касается оформления инвалидности, то тревожиться не стоит. Это прежде всего инструмент социальной поддержки от государства, обеспечиваю­щий семье доступ к дополнительным ресурсам, пособиям и коррекционным программам. При этом ребенок сохраняет все права на получение образования и полноценное развитие.

– Что бы вы хотели сказать родителям, которые, возможно, пока опасаются обращаться к специалистам?

– Первичный страх или отрицание – это абсолютно естественная человечес­кая реакция. Каждому родителю хочется видеть своего ребенка здоровым и счастливым.

Но важно помнить: своевременное обращение к специалистам – это не формальность, а самый быстрый путь к тому, чтобы раскрыть потенциал малыша и облегчить ему жизнь. Чем раньше начинается коррекционная работа, тем лучше такие дети адаптируются к миру, находят друзей и реализуют свои таланты.

В Казахстане сегодня есть все возможности, чтобы пройти этот путь уверенно, профессионально и с любовью к ребенку. Я хочу пожелать всем родителям сил, терпения и веры в своих детей – с вашей поддержкой и нашей профессиональной помощью они способны на многое.